08.10.2013

Интервью с Г.В.Михайликом в газете

Интервью с Г.В.Михайликом в газете

"Коммерсантъ С-Петербург" от 03.10.2013

Генеральный директор ООО "АВА-ПЕТЕР" Глеб Михайлик рассказал корреспонденту BG о том, что мешает эффективной реализации программы экстракорпорального оплодотворения по ОМС.

BUSINESS GUIDE: с какими сложностями столкнулись участники программы экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) в рамках государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи?

ГЛЕБ МИХАЙЛИК: Заложенные комитетом здравоохранения в программе требования, которые предъявляются к потенциальным пациентам, очень серьезны. Существует масса ограничений, предусмотрена многоступенчатая система отбора с обязательным участием женских консультаций, которые не слишком в этом заинтересованы. В результате пациенты ходят по кругу. Квоты есть, потребность у пациентов в получении услуг есть, но излишняя бюрократизация дает отрицательные результаты. И можно с уверенностью сказать, что выделенное финансирование не будет в полном объеме освоено. В нашей клинике в этом году выполнено лишь около ста циклов ЭКО из 303 запланированных. Требования комитета здравоохранения были оспорены в прокуратуре, и сейчас перечень показаний к ЭКО по ОМС несколько расширен. Город пытается идти нам навстречу, но пока проблемы остаются.

BG: Какие еще возможности получения медицинской помощи для лечения бесплодия существуют в Петербурге?

Г. М.: Программа ЭКО по ОМС касается только пациенток с диагнозом "трубное бесплодие", а ведь это — не единственная проблема. У женщины могут быть другие патологии, есть еще мужское бесплодие, сочетанное бесплодие. Оказание помощи таким парам осуществляется в федеральных клиниках, которые имеют финансирование по программе высокотехнологичной медицинской помощи. В Петербурге созданы условия, чтобы можно было сделать это и бесплатно, и платно. Лечением бесплодия в Санкт-Петербурге сейчас занимается уже более двух десятков клиник. Конкуренция очень жесткая, и дефицита услуг нет.

BG: Какие требования пациент предъявляет к клинике?

Г. М.: Петербургский пациент сегодня достаточно осведомлен и придирчив, особенно в том случае, когда речь идет о бесплатных услугах. Он предъявляет высокие требования и к квалификации врачей, и к оснащенности клиники, и к ее репутации. К счастью, сейчас частные клиники уравнены в правах с государственными, и у пациента есть выбор.

BG: Как вы оцениваете общую ситуацию на рынке медицинских услуг Петербурга?

Г. М.: Нынешнюю ситуацию на рынке можно охарактеризовать как оживление. Частная медицина становится привлекательным объектом для инвестиций. Рынок Петербурга — второй по величине в России (после московского), и частные инвесторы обращают на него достаточно пристальное внимание. Учреждения рассчитывают, что финансирование инвесторов поможет им развивать новые направления, получать современное оборудование. Рынок ждет инвестиций и связанного с ними развития.

BG: Эти ожидания оправдаются?

Г. М.: Все будет зависеть от общей экономической ситуации. Мы работаем на рынке, который очень сильно зависит от государства и благосостояния его граждан. Здравоохранение — одна из базовых ценностей, от затрат на которую люди отказываются в последнюю очередь. Следом — только жилище и еда. При этом люди хотят получать качественные медицинские услуги. Поскольку на сегодняшнем этапе в конкуренции с точки зрения качества частные клиники все-таки выигрывают у государственных, то частная медицина будет развиваться.

BG: Каковы перспективы развития государственно-частного партнерства (ГЧП) в здравоохранении?

Г. М.: В последнее время наметился очень сильный интерес государства к привлечению частных инвестиций в здравоохранение. Есть проблемы юридического (несовершенство законодательства) и экономического характера. Представьте себе такую ситуацию: человек всю жизнь ездил на "Запорожце" и сам занимался его ремонтом. И вдруг у него появился, например, "Фольксваген". Он теперь вынужден вкладывать определенные средства в эксплуатацию автомобиля, иначе затраты на восстановление будут уже неподъемными. Но у него нет этих денег. Так вот, в структуре тарифов ОМС нет ничего, что касалось бы эксплуатации. Большинство больниц финансируются по принципу "сломалось — починим". Сегодня необходимо создать систему эксплуатации и инженерных систем здания, и медицинской техники.

Вторая экономическая проблема состоит в том, что тариф ОМС недостаточен. В тарифы ОМС не заложено понятие рентабельности. В Европе клиника получает за роды от страховых компаний €3,2 тыс., в Америке — $12 тыс. У нас эта сумма составляет $400 (или €300). Если посчитать затраты, то откуда брать прибыль? А ведь приходящий инвестор заинтересован в прибыли.

BG: Каким образом можно решить эту проблему?

Г. М.: Во всем мире государственные больницы — дефицитные учреждения. И этот дефицит покрывается из бюджета той земли, которой они принадлежат. Но бюджет Петербурга и так дефицитен. Городские власти стремятся решить эту проблему, но механизмов пока нет, и вопрос остается открытым.

BG: Будут ли у вашей компании еще проекты ГЧП в Петербурге?

Г. М.: Мы явились инициаторами использования схемы ГЧП в реализации проекта создания перинатального центра на базе 17-го роддома. Предполагается снести существующее устаревшее здание роддома и построить на его месте современный перинатальный центр: стационар на 200 коек, диагностический центр, амбулаторно-поликлиническое отделение, отделения реанимации и реабилитации, акушерства и гинекологии, отделение экстракорпорального оплодотворения, а также учебный центр. Мы предложили реализовать этот проект в партнерстве с австрийской группой Vamed, специализирующейся в области проектирования, строительства, оснащения и менеджмента комплексных учреждений здравоохранения. Нашими партнерами Vamed уже реализовано около 600 медицинских проектов в 60 странах мира.

BG: Город объявлял тендер на реализацию проекта?

Г. М.: Первый этап проекта, включающий демонтаж, проектирование и общестроительные работы был отменен после того, как мы вышли с инициативой осуществить проект в рамках государственно-частного партнерства. Наша компания предложила комплексный вариант. По старой схеме каждый этап проекта мог бы реализовываться разными подрядчиками, что существенно усложнило бы процесс. По новой схеме реализовывать его на всех этапах будет одна компания. Если инвестор сделает работу плохо, город ему не заплатит.

BG: Кто будет финансировать проект?

Г. М.: Средства готовы вложить несколько финансовых организаций. Предварительный бюджет (в ценах 2011 года) составляет 5,2 млрд рублей. Если все пойдет по плану, в 2017 году центр должен начать работать.

BG: Под каким брендом он будет развиваться? Вы неоднократно говорили, что собираетесь провести ребрендинг и дать всем клиникам одно имя...

Г. М.: Этот вопрос часто поднимался нашим советом директоров и акционерами. Сейчас в Санкт-Петербурге, Казани, Вологде работают клиники "Скандинавия", "АВА-Казань", "АВА-Петер". Мы думали над созданием единого бренда, под которым бы развивались все наши клиники. С помощью наших партнеров, агентства по связям с общественностью 2PR, мы провели маркетинговое исследование, опросили несколько тысяч человек из нашей целевой аудитории. По результатам исследования у 74% респондентов слово "Скандинавия" ассоциируется именно с клиникой. Узнаваемость этого бренда очень высока. В свою очередь, "АВА-Петер" — самый известный бренд в сфере репродуктивной медицины, в том числе и в странах Европы. Это крупнейший центр в Санкт-Петербурге и в России, занимающийся лечением мужского и женского бесплодия. В год мы проводим 4-5 тыс. циклов ЭКО. Переименовать какие-то из клиник сегодня — значит, потерять один из брендов.

BG: То есть изменений не будет?

Г. М.: Клиника "АВА-Казань" существует не так давно, и она может быть переименована в "Скандинавию", если мы получим согласие других акционеров. В Петербурге же все останется по-прежнему. Направление общей медицины будет развиваться под брендом "Скандинавия", репродуктивной — под брендом "АВА-Петер".